Descrizione-AlfaЭто глава про то, как не надо брать чужое, а также про муки творчества и том, кого они мучают

 

 

Звездочка, звездочка… Забросила я тебя. Сколько лет лежала ты на полке среди покрытых толстым слоем забвения бумаг? Сколько веков? Пора извлечь тебя из-под обломков памяти на свет дневной. Что ж, приступим.

Итак, мой юный друг, на чем мы с тобой остановились? Ах, да!.. Мы оставили Альфочку в Заброшенном саду. Давай посмотрим, что там творится с нашей подружкой?

 

– Я же тебе говорила, не надо верить этой обманщице! – Бета отхлебнула из чашки глоток Млечного шоколада, – И сколько раз ты собираешься обманываться в окружающих? А? Ну, нельзя же быть такой непутевой!

– Я не непутевая, - оправдываясь, вздохнула Альфочка. – Просто она была так несчастна…

– Несчастна? Это бестия еще и несчастная! Ой, помогите, умираю! – Бета притворно опрокинулась на стул и закатила глаза.

Беточка, что с тобой? – испугалась Альфа, - Подожди, не умирай! Я сейчас тебе воды принесу!

– Не надо мне воды, - села на стул опять нормально Бета. – Она, судя по всему, также умирала! – Бета сокрушенно вздохнула.

– Ну что ты?!.. – опять стала оправдываться Альфа.

– Это же надо! Отдать скамейку из сада! Интересно, и зачем этой бестии понадобилась наша скамейка? И на чем мы теперь будем сидеть? На этих старых стульях? Да? И где мы будем болтать ногами в воздухе? Скажи мне, пожалуйста, на милость?

– Я..

– Нет, вы только подумайте! – не унималась Бета. – Интересно, как она тащила нашу скамейку? Она же тяжелая!

– Я попросила Тельца ей помочь. – Наконец смогла вставить слово Альфа.

– Опаньки! Еще один олух царя небесного! – запричитала пуще прежнего Бета. – И он конечно не отказал!

– Нет… Я обещала ему за это сплести из Волос Вероники ошейничек для колокольчика.

– Таак… Ну, он проходимец, это ясно! Не за даром помогал Лисе растаскивать чужое добро, но и ты я вижу не промах! Это с каких пор ты стала распоряжаться Волосами Вероники? Они же на другом конце небосвода!

– Так это.. – Альфа замялась. – Дракоша тут на днях пробегал…

– А ну тогда понятно! – осуждающе протянула Бета – Без этого прощелыги ни одно безобразие в космосе не обходится. И что он тебе наобещал?

– Ничего… - Альфа глубоко вздохнула. – Он мне их просто подарил.

– Пода… - Бета задохнулась от возмущения. – «Пода-» что он сделал? По-да-рил? Помогите, люди добрые! Тут небо на куски растаскивают!

– Ну, не убивайся ты так! Они же все равно никому не нужны! – попыталась успокоить подругу Альфа.

– Нет, вы посмотрите на это святую простоту! «Никому не нужны» - передразнила подругу Бета, - Это тебе кто сказал? Небось, Дракоша?! – Звездочка уперла руки в бока.

– Ну, да… - Поникла Альфочка, потом, спохватившись, добавила, - А ты вспомни, что стало с Регалиями Фридриха II*?

– О! Про Регалии Фридриха тебе тоже Дракоша рассказал? – Бета покачала головой.

– Ну, да… – совсем сникла Альфа.

– Так… Ладно. – Бета огляделась вокруг. – С Тельцом, Лисой и Дракошей я сама разберусь, скамейку мы вернем, Волосы Вероники… – На последних словах звездочка повысила голос и продолжила, делая ударения на каждом слове, – Мы тоже вернем на место. А сейчас мы идем гулять! Тем более, что…

– Тут Бета прервала фразу и, кокетливо поправив бантик на голове, загадочно улыбнулась.

– Что? – заинтересовалась Альфа, обрадовавшись, что гроза миновала, и Бета больше не будет ее ругать.

Я тут, - Бета зарделась. - Встретила Скульптора. Он приглашал на чай.

– Да ты что? – притворно удивилась Альфа. – И что?

Да так…  Он сказал, что если я стану его Звездой, то он сваяет с меня образ! – гордо закончила Бета.

– «Сва-» что сделает из тебя? – переспросила Альфа.

– Сва-я-ет с меня образ! – повторила важно по слогам Бета.

– А.. Поня-ятно… - протянула Альфа…

– Что тебе «понятно»? – Насторожилась Бета и уже была готова опять вступить в перепалку с подругой.

– Да так… Ничего… - А про себя подумала: «Если учесть, что этот старый волокита каждой встречной звезде говорит одно и то же, то ничего… Как же наивна, моя бедная Беточка! Ну ладно… Пойдем к этом проходимцу, там я выведу его на чистую воду», а вслух добавила, - Ладно, пошли гулять!

И не забудь захватить Волосы Вероники! Положим на место! – крикнула Бета вслед Альфочке, которая побежала в домик за кофточкой.

– Ой, они же тяжелые! – попыталась отлынить Альфа.

– Не выдумывай! Нечего было брать чужое!

– Но это совсем в другой стороне от Скульптора! Давай в другой раз, а то мы будем спешить и.. - Тут Альфочка решила слукавить, - И он не успеет сваять с тебя образ!

– Да… - Бета задумалась. – Ладно… В другой раз. Только попробуй мне забыть!

 

Все-таки надо отдать должное Бетиной наивности и маленькому недостатку: ей так хотелось стать для кого-нибудь «Его» звездой! И угрызения совести, этой странной старухи, которая вечно мешает нам жить, оказались слабее маленькой «слабости» - стать для кого-то Звездой! И потом… Совесть, где она? И Волосы Вероники далеко тащить. А тут реальный Скульптор! Пусть слегка потрепанный жизнью и даже чуть пошловатый, но ведь… Свой! Такой реальный и родной! Ах, эта женская глупость! (Этот комментарий можно не читать маленьким детям. Мамы меня поймут, а папы… Папы вздохнут с улыбкой по поводу женской наивности, а потом быстренько перевернут страничку, чтобы их благоверные не устроили им взбучку по поводу или без повода, а просто так…)

 

Скульптор

 

– А!.. – Альфочка агрессивно настроившись, начала разговор, как только подружки приблизились к Скульптору даже не поздоровавшись с ним. – Вот он – великий ваятель образов и искатель Звезд!

 

Скульптор вздрогнул. Он сидел на скамье, задумавшись, и слова Альфы застали его врасплох. Он встал и поклонился:

– Я к Вашим услугам, сударыня! – созвездие не распознало подвоха в словах гостьи.

– Мне Вы к моим услугам не нужны! – огрызнулась Альфа.

– Что так? - вежливо поинтересовался Скульптор. Он успел оценить красоту Альфы и теперь был готов терпеть агрессию гостьи.

– Да! Вот так вот! – ответила Альфа. – А Вам должно быть стыдно! Это с каких пор Вы стали морочить голову маленьким девочкам? А?!

– Я? – удивился Скульптор. – Это кому я морочил голову?

– Моей подруге! Вот Ей… - С этими словами Альфа кивнула головой в сторону Беты, которая стояла в стороне и не решалась, не только вступить в разговор, но даже перевести дыхание.

– Здравствуйте, - робко прошептала Бета.

 Альфа глазам своим не верила: ее всегда активная подружка сейчас стояла пунцовая от смущения и была похожа на что угодно, но только не на себя. Она смахивала на испуганную школьницу, которая стоит перед своим обожаемым учителем.

– Бета! – воскликнул Скульптор и направился к ней.

– Здравствуйте, - едва слышно повторила звездочка.

– Как ты поживаешь, Бета? – Ласково спросил Скульптор.

– Ничего… А Вы как? – Бета все еще была пунцовой от смущения.

– И я ничего… - Вздохнул Скульптор, - Я думал о тебе. – Голос созвездия был завораживающе-романтичным.

– Ой! Вы, правда, думали обо мне! – Бета стала еще пунцовее.

– Конечно, мечта моя! Проходи, присаживайся! – Скульптор взял Бету под руку и повел к креслу. Альфа поспешила следом:

– Оставьте ее! – пыталась образумить созвездие наша подружка.

  

Скульптор смотрел очарованными глазами на Бету и не обращал ни малейшего внимания на шум, издаваемый Альфой:

– Я ждал тебя, Бета, я так ждал тебя! – Скульптор бережно усадил звездочку и сам сел у ног ее кресла. 

– Я… я… - Бета от волнения не могла вымолвить ни слова.

– Я не спал тысячи ночей!

– Я… - Бета все никак не могла справиться со своим смущением.

– О, Бета! Скажи что-нибудь! Хоть слово! – глаза Скульптора выражали мольбу.

– Не морочь ей голову! – Альфа все еще не теряла надежду быть услышанной.

 

Скульптор от нее только отмахнулся: 

О, божественная Бета!

Я была немножко занята… - Бета наконец смогла взять себя в руки.

– Чем же была занята моя богиня? – взгляд Скульптора был полон восхищения.

– Богиня была занята… - Растягивая слова, Бета стала усердно поправлять рюшечки на своем платьице.

– Чем же, лучезарнейшая?!

– За-ня-та… - Бета напустила на себя поэтично-недоступный вид.

– Ну? – Скульптор трепетал от нетерпения. Бог весть, что он ожидал услышать, но услышал.

– Постирушечкой! – С этими словами Бета гордо поправила свой бантик.

 

На лице Скульптора легко читалось разочарование.

 – Постирушечкой… - Вслед за Бетой повторил он. – Богиня сама стирает?!..

– Да! – Наша звездочка кокетливо-небрежно махнула ручкой, - Накопилось там всякого, вот и пришлось заняться постирушечкой.

– О, несравненная! – попытался исправить положение Скульптор, - И стоил тебе опускаться до такой прозы?

– А при чем тут проза? – удивилась Бета, - Я про книжки ничего не говорила! Я говорила про постирушечку.

– Да, но это так неромантично! – попытался возразить Скульптор.

  

Созвездие загрустило:

– Ты стираешь сама…

– О! Она еще и шьет! А какие заплатки она умеет делать! – Попыталась похвалить свою подружку Альфа.

– Заплатки! – Скульптор воздел руки вверх и схватился за голову. – А я им о высоком!

– О каком высоком? – Не поняла Бета, - Мы о высоком не говорили!.. И о низком тоже! Тут, вообще, Кроме нас никого не было: ни высоких тебе, ни низких! А говорили мы о постирушечке! Постирушечка – это такая вещь, без которой нельзя! Не будешь же ты ходить все время в одном и том же! Так и грязнулей стать – глазом не моргнуть! А тут раз постирушечка: порошок там всякий, водичка, мыльце! И ты – чистенький такой, свеженький, как огурчик можешь ходить, где угодно и сиять чистотой! – Закончила свою тираду Бета.

– Какой огурчик! Какая водичка! Какое мыльце! – Скульптор был в отчаянии.

– Как какой? – Удивилась Бета, - Огурчик – зеленый, водичка – мокрая, мыльце – мыльное, душистое!

– Водичка – мокрая! – ошарашено повторило за Бетой созвездие. – Можно подумать, что вода бывает сухой! А я ей о возвышенном!

– Ой, опять он о росте! – Бета забеспокоилась, - Ты случайно не заболел?

– Нет… - Скульптор был не на шутку огорчен. – Я не заболел… Я ей о поэзии души, а она: «порошочичек»! – Передразнив Бету, созвездие замолчало.

– Ой, только не надо мне про книжки! «Поэзия»… - В свою очередь передразнив Скульптора, огрызнулась Бета. – Это ты вон лучше к Альфе обращайся! Она у нас по книжкам дока!

– Да нет, Беточка! - Вмешавшись, попыталась исправить положение Альфа. – Это он тебе не про книжки! Это он тебе про свои чувства!

 

Хоть Альфа и была настроена против Скульптора, но ей стало жаль бедолагу. Она знала свою подружку лучше всех и понимала что та кого хочешь может свести с ума своими рассуждениями и упрямством. Разочаровавшись в Бете, Скульптор решил впасть в депрессию, о чем и не преминул сообщить во всеуслышание. Он был натурой артистичной и считал, что весь мир должен крутиться вокруг него и переживать то же, что и он.

– У меня депрессия! – заявило созвездие.

– Ой, а это не заразно? – забеспокоилась Бета.

– Эгоистка! – Накинулся на Бету раздраженный Скульптор. – У меня ДЕ-ПРЕС-СИ-Я, а все, что ее волнует, это заразно или нет!

– Нет, - ответила за Скульптора Альфа. Она все еще хотела исправить ситуацию и перевести беседу в мирное русло. – Это не заразно, если ты не разделяешь взглядов того, кто подвергся депрессии.

– Ой! Где ты такое вычитала! Заумно-то как! – Уставилась на свою подружку Бета.

 

Скульптор окончательно утвердился в мысли, что Бета не может быть его Звездой, поскольку не смотря на весь свой звездный блеск, не является натурой утонченной и романтичной, о которой он всегда мечтал. И рационально взвесив ситуацию, решил переключить полностью свое внимание на Альфу. Он принял опять мечтательный вид и обратился с высокопарной речью ко второй звездочке:

– Послушайте, а как Вы относитесь к скульптуре?

– Кто, я? – Переспросила Альфа, не поняв такой быстрой смены настроения.

– Да, Вы! Вы мне кажетесь такой… Такой… Как бы это Вам сказать?

– Да уж как-нибудь постарайтесь! – Все еще не придя в себя, настороженно ответила Альфочка.

– Давайте лучше я Вас сваяю! – Вдохновлено воскликнул Скульптор.

– Как «сваяю»? – опешила Альфа.

– Как могу! От сердца! Из звездной пыли и льда космического!

– Ну, это-то понятно! Но почему меня? Ведь Вы же если мне не изменяет память, собирались ваять Бету?

– Я буду ваять Вас, божественная!

– Э, нет! Постойте! – Остановила его Альфа. – А как же Бета?

– А, эта!.. – Созвездие небрежно махнуло рукой.

Бета в это время сидела, опустив голову, и готова была заплакать. Ее разочарование было огромно. Она совершенно не ожидала такого коварства. Сначала она вовсе глаза смотрела на созвездие, надеясь увидеть, что это всего лишь шутка, но когда он махнул рукой, она поняла, что ее мечта стать для кого-то «его» Звездой, разбита. Скульптор же продолжал, не обращая ни малейшего внимания на Бету:

– Я буду ваять только тебя! И ты станешь МОЕЙ Звездой! – Скульптор был очень убедителен в своем пылу.

– Что-то мне не хочется! – Воспротивилась Альфа.

– Буду! Хотя…

– Что, хотя? – Альфа уже была готова отчитать неверное созвездие, но его оговорка «хотя» остановила ее. Она понадеялась, что это проснулись угрызения совести.

– Я как-то потерял свой Резец! – Произнес Скульптор и изобразил на лице печаль.

– Как же ты ваяешь? – удивилась Альфа.

– Мысленно! – выдохнул Скульптор и задумался.

– Даа… - Сказала Альфа, потом обратилась к своей подружке: - Пошли отсюда!

– Ой-ой-ой! – Вдруг запричитало созвездие и упало, скорчившись.

– Что с Вами? – забеспокоились звездочки.

– Ой-ой…

– Да что же с Вами?

– Муки! Какие муки! – Созвездие стонало.

– О, Боже? Что у Вас болит? – звездочки не на шутку перепугались.

– Муки! Муки творчества меня мучают! – Прерывистым голосом наконец ответило созвездие.

– О, господи! – Выдохнула Альфа. – Тут никакого терпения не хватит.

– Все! – Обреченно сказал Скульптор.

– Что «все»? – Опять не поняли звездочки.

– Отпустило! – устало сказал Скульптор, как будто только что вырвался из лап какого-то страшного чудовища. Сказав это, он опять впал в задумчивость.

– Эй, послушайте! – Попыталась призвать к ответу созвездие Бета.

– Оставь его! – Остановила подружку Альфа. – Это бесполезно! Пусть себе ваяет…

– … мысленно! – после некоторой паузы саркастически произнеся последнее слово, добавила звездочка.

С этими словами Альфа сползла с кресла и тихонько, чтобы не отвлекать Скульптора от его «мысленного ваяния», потащила свою подружку домой.

  

Мастер или кое-что о Микеланджело

 

– Знаешь, - прервала тишину Альфа, - Я читала у Доисториков…

– Опять эти Доисторики. – недовольно протянула Бета. - Что на сей раз? 

– Там на Земле была эпоха…

– Э..-что? – не поняла Бета.

– Э-по-ха! Время такое! И перестань перебивать, пожалуйста! - Возмутилась невежеству подруги Альфа, потом продолжила. – Так вот, была такая эпоха, называлась «Эпоха Возрождения» Ну, я не очень буду вдаваться в подробности того времени, если тебе будет интересно, я принесу тебе книжку!

– Нет уж, дудки! Сама читай эти глупости! Хватит с меня и тебя! – огрызнулась Бета.

– Ну, знаешь! – возмутилась опять Альфа, - Если ты будешь упорствовать в своем нежелании узнавать что-то новое, то я с тобой дружить перестану! И рассказывать тебе ничего не буду!

– Да, ладно! Не сердись, Альфочка! – пошла на мировую Бета. Ей вовсе не хотелось ссориться с подружкой, особенно из-за Доисториков и книжек. – Что там было, в этой, как ее?!..

– В «Эпохе Возрождения»! – подсказала Альфа.

– Да! Что там произошло? Кстати, а почему «Воз-рождения»? Там что, родился воз, то есть тележка какая-то очень важная? Или это было много-много разных рождений? Целый воз? И поэтому назвали «Эпоха»!?!

 – Ой, какая ты у меня! – Всплеснула ручками и сокрушенно помахала головой Альфа. - «Эпохой возрождения» то время назвали потому, что человечество переживало культурный, научный и моральный бум. Оно как бы переходило на новый этап своего развития, более качественный что ли...

– У-у-у… - Протянула огорченно Бета.

– Что, «у-у-у»? – Не поняла Альфа.

– Скучно-то как! – Объяснила свое огорчение Бета.

– Почему, скучно?

– Потому что умно как-то! А я хочу чтобы было крас-с-сиво! Необыкновен-н-н-но! – Сказала Бета, растягивая под конец слова и принимая при этом загадочно-поэтичный вид.

– Так… Понятно…

– Что, «понятно»? – Опешила Бета, потому что поняла из интонации голоса Альфы, что та отнеслась с сарказмом к ее словам.

Если честно сказать, то Бета не была предрасположена выслушивать от подружки поучительные истории, а такие слова, как «наука», «культура» и «мораль», были связаны у нее в голове исключительно с правилами хорошего тона, то есть, как правильно держать вилку с ножом, и когда надо делать реверансы на балу. У нее возникло ощущение, что сейчас Альфа на примере этой самой «Эпохи Возрождения» начнет учить ее как себя вести, припомнив ей ее «постирушечку». Где-то в глубине души Бета понимала, что вела себя в том разговоре со Скульптором не самым лучшим образом.

– Собственно, я про «крас-с-сиво» и «необыкновен-н-н-но» и собралась тебе рассказать. - Сказала Альфа.

– Дааа? – Недоверчиво протянула Бета.

– Угу… - Утвердительно махнула головой Альфа.

Бета была обескуражена.

 – Просто Скульптор заставил меня задуматься! – продолжила Альфа.

– О чем?

– Об искусстве!

– Ой, нет! – Бета поняла, что все-таки она оказалась права и сейчас ей предстоит услышать глубокомысленные размышления своей подружки.

– Да! И не перебивай! – возмутилась Альфа. – Вот если посмотреть на Скульптора. Он такой ненужный! А ведь его, если верить Доисторикам, поместили на небо в честь какого-нибудь из выдающихся жителей Земли. Понимаешь, что я хочу сказать? Я, думая о Скульпторе, вспомнила про Живописца. Помнишь его?

– Это который?

– Как «который»? – удивилась Альфа. - На небосводе он – единственный. Мы с тобой однажды гостили у него. Добрый такой старикан! Мы в его мастерской еще устроили День нахождения потерянных красок?! Помнишь?

– А! – Бета стукнула себя по лбу. - Вспомнила! Он тогда никак не мог найти свой набросок, а мы под предлогом его нахождения устроили такой Тарарам! Еще Водолея позвали и Гер-Гера! Вот весело было!

 

(продолжение следует...)